Итальянские каникулы - Страница 83


К оглавлению

83

Все узы, связавшие их с землей, лопнули. И в конце он стал еще большим пленником, чем она.

Пока он дремал, она встала и подняла наручники, оставленные на полу вместе с брошенным ключом. И долго смотрела на Рена. Его густые ресницы лежали на щеках стрельчатыми полумесяцами. На лоб падали пряди темных волос. Контраст между экзотической оливковой кожей и белизной простыней придавал ему вид великолепного язычника.

Изабел вошла в ванную, где запихнула наручники и ключ под полотенце. Ей следовало бы ненавидеть его за все, что он сделал с ней, но не получалось. Ни на секунду. Что случилось с женщиной, которая всегда считала необходимым держать события под контролем? Она охотно отдала ему все, что имела.

Включая свою любовь.

Ее пальцы сжали край раковины.

Она влюбилась в него.

Изабел долго смотрелась в зеркало, прежде чем опустить глаза.

Кому захочется смотреть на такую дуру?! Они знают друг друга едва две недели, и все же она, самая осторожная женщина на свете, когда дело доходило до романтических отношений, увязла по уши.

Изабел плеснула водой в лицо и попыталась отрешиться от происходящего, чтобы рассмотреть вопрос притяжения между женщиной и мужчиной с биологической точки зрения. Первые люди выбирали подруг, чтобы обеспечить продолжение рода, ведь тогда выживали сильнейшие. Подобные остаточные инстинкты сохранились до сих пор у большинства людей и, очевидно, в ней тоже.

Но что насчет ее выживания как современной женщины? Насчет выживания как женщины, исполненной решимости вступать только в достойные отношения, поклявшейся не повторять роковых ошибок ее беспутных родителей?

Ее связь с Реном должна была пробудить и высвободить ее сексуальность. А освободила ее сердце.

Изабел мрачно уставилась на мыльницу. Ей необходим план.

Ну да. Верно. Можно подумать, все другие планы сработали.

Но пока что она просто не может позволить себе думать об этом. Применит метод полнейшего отречения. Отречение — далеко не всегда так плохо. Может, если она не станет зацикливаться на своих чувствах, они просто исчезнут.

А может, нет.

Глава 19

— Хотите шоколадный торт или вишневый пирог?

Изабел остановилась на краю сада, наблюдая, как Бриттани протягивает Рену глиняное блюдце. Он внимательно всмотрелся в собрание разнокалиберных веточек и листьев.

— Пожалуй, лучше вишневый пирог. И может, стакан виски, если не слишком затруднительно.

— Так нельзя говорить, — одернула его Стеффи. — Нужно сказать «чай».

— Или коку, — предложила Бриттани. — Мы все можем пить коку.

— Ничего подобного, Брини. Только чай или кофе.

— Тогда чай.

Рен взял у нее воображаемые чашку с блюдцем. Жесты были настолько убедительны, что Изабел почти видела в его руках чашку с дымящимся чаем.

Она постояла еще немного, втайне удивляясь его странной увлеченности игрой. С мальчиками он таким не был. Даже когда подбрасывал Коннора или вместе с Джереми заглядывал под капот недавно отремонтированного «мазерати», делал это как-то обыденно и без особого интереса. Таким же странным казалось его желание включиться в навязанные девочками игры, вроде этого «чаепития». Нужно спросить, в чем дело.

Она отправилась на ферму узнать, пригодились ли металлоискатели.

Джулия, увидев ее, устало помахала рукой. На ее щеке виднелся черный мазок, под глазами лежали тени. На заднем плане трое мужчин и женщина методично шарили металлоискателями по оливковой роще. Остальные стояли с лопатами наготове, ожидая, когда прибор запищит, что случалось достаточно часто.

Джулия отдала лопату Джанкарло и подошла поздороваться с Изабел, которая немедленно стала расспрашивать о новостях.

— Опять монеты, гвозди и колесный обод. Нашли что-то побольше, оказавшееся частью старой плиты.

— Вы совсем измучены.

Джулия потерла щеку тыльной стороной ладони, размазывая грязь.

— Едва держусь на ногах. И бизнес страдает, потому что я почти все время здесь. Витторио не позволяет раскопкам мешать работе. Возит группы по расписанию, а вот я…

— Я знаю, вы раздражены, Джулия. Но не срывайте злость на Витторио.

Джулия слабо улыбнулась:

— Я все время твержу себе то же самое. Витторио приходится столько от меня выносить!

Они перешли в тень оливкового дерева.

— Я подумывала насчет Джози. Внучки Паоло, — заметила Изабел. — Марта говорила с ней о статуе, но итальянский Джози не слишком хорош, так что, кто знает, поняла ли она вообще что-то. Я хотела позвонить ей сама, узнать, что ей известно, но, может, лучше, если позвоните вы? Вы знаете об их семье больше меня.

— Да, это мысль, — кивнула Джулия и взглянула на часы, мысленно определяя разницу во времени. — Тогда я возвращаюсь в офис. Позвоню оттуда.

После ухода Джулии Изабел взялась за металлоискатель и некоторое время усердно трудилась, прежде чем передать его Фабиоле, жене Бернардо, и отправиться на виллу. Захватив ноутбук, она уселась в розарии. Это уединенное местечко стало одним из самых ее любимых уголков. Розарий находился на узкой террасе, немного пониже сада, но был защищен от посторонних взглядов небольшой рощицей фруктовых деревьев. На опушке леса паслась лошадь, закатное солнце образовало золотистый нимб вокруг руин старого замка на вершине холма. Сегодня было тепло, как летом, и в воздухе висел запах роз.

Она посмотрела на ноутбук, но почему-то не открыла его. Все идеи, приходившие в голову, казалось, повторяли прежние книги. У нее возникло неприятное ощущение, что она уже написала все, что знала, о преодолении жизненного кризиса.

83